?

Log in

No account? Create an account

Предыдущие записи | Следующие записи

original


События последних лет в России подтверждают наличие безусловной связи между экстремизмом и насильственными преступлениями против личности. Отражением озабоченности государства ростом преступлений на почве экстремизма стало дополнение в 2002 г. УК РФ статьями 282 1 (“Организация экстремистского сообщества”) и 282 2 (“Организация деятельности экстремистской организации”).

Экстремизм (от лат. extremus) означает приверженность к крайним мерам, взглядам (1). Эти меры или взгляды по своему характеру могут быть расистскими, националистическими, религиозными и социальными. К экстремистским сообществам (организациям) некоторые аналитики относят Русское национальное единство (РНЕ) и подобные ему движения (Пора, Национально-Державная партия России, Славянский союз, Русский Общенациональный Союз, Движение против нелегальной иммиграции и др.), Национал – большевистскую партию (НБП) и ваххабистов. Полагаю, к таким организациям следует относить также ряд националистических и сепаратистских организаций, действующих в отдельных республиках – субъектах РФ.

По нашим наблюдениям, принимаемые государственными органами жесткие меры против экстремистов касаются пока только НБП и организаций исламистского толка. Обвинительные приговоры были вынесены, например, в отношении членов запрещенной религиозно-политической организации “Партия исламского освобождения” в Нижегородской и Тюменской областях, а также в Удмуртии. Что касается НБП, то Президиумом Верховного Суда РФ в 2005 г. она ликвидирована, хотя в насилии, в частности, на расовой или национальной почве члены этой партии не были замечены (2).

Основным источником экстремистского насилия в стране считается движение русских нацистов – “скинхедов”. В России первые скинхеды появились более 10 лет тому назад. По данным МВД РФ, наиболее крупные группировки русских бритоголовых действуют в Москве и области – свыше 5 тыс. человек, в Санкт-Петербурге – до 3 тыс., до 1 тыс. – в Нижнем Новгороде, в Ростове – на – Дону, Ярославле, Пскове и Калининграде (3). По данным же правозащитных организаций, скинхедов на самом деле намного больше – 50 тыс. (4). Если иметь в виду, что во всем остальном мире скинхедов не более 70 тыс., то несложно понять, что именно в России они чувствуют себя наиболее комфортно.

Однако растет не только количество русских скинхедов (они сегодня действуют примерно в 90 городах). В их среде происходят, опасные по своим возможным последствиям для российского общества изменения. По всей стране создаются упорядоченные, нередко крупные нацистские структуры: в Москве – “Скинлегион”, “Blood&Honor – Русский филиал”, “Объединенные бригады 88” и “Hammerskin Nation”; в Санкт-Петербурге – “Mad Crowd” и “Шульц 88”; в Перми – “Рысь”; в Уфе – “Солдаты четвертого рейха”; в Новосибирские – “Братство скинов” и т.д. По оценкам правоохранительных органов, из 35 крупных группировок скинхедов большинство находится в Московским регионе и Санкт-Петербурге (5).

В отличие от своих зарубежных коллег, близких к традиционным анархистам, русские скинхеды исповедают расово-националистическую идеологию, которую в литературе уже определяют как “русизм”. Если зарубежные “скины” громят витрины крупных западных банков и ресторанов (символов “ненавистного капитализма”), то их русские тезки предпочитают убивать. Убивать людей, без жалости ни к взрослым, ни к детям. На счету русских скинхедов, например, зверские убийства девочек цыганской (6 лет) и таджикской (9 лет) национальностей в Санкт-Петербурге.

Жертвой может быть любой человек, не принадлежащий к белой расе или к русской нации (6). Поэтому среди лиц, пострадавших от скинхедов, есть выходцы из самых разных государств – от США до Японии. Но наибольшее число пострадавших приходится на граждан бывшего СССР (в основном уроженцев государств Южного Кавказа и Средней Азии) и РФ (жителей преимущественно Северного Кавказа). Среди потерпевших есть также якуты, буряты, марийцы, представители других коренных народов России (7).

Безусловно, в антиэкстремистской деятельности не должно быть места либерализму. Однако факт расследования и поступления в российские суды крайне малого числа уголовных дел, связанных с экстремизмом, символические наказания в отношении осужденных подтверждают существование снисходительного отношения к экстремизму и экстремистам. Так, во всей России, например, по ст. 282 УК в 2002 г. были осуждены всего 4 человека, а в 2003 г. – 8 человек (8). В 2004 г. трое из четверых осужденных по указанной статье фактически освобождены от наказания (один приговорен к штрафу). По ст. 2821 УК первый приговор в России вынесен лишь через три года после ее введения – в 2005 г., а первый случай вынесения приговора за убийство, совершенное по мотиву национальной ненависти (п. “л” ч. 2 ст. 105 УК), пришелся на конец 2003 г.

Больше года в городе Орле длился судебный процесс по делу двух активистов брянского отделения Русского национального единства (РНЕ), обвиненных по ч. 2 ст. 282 УК. Районный суд определил воинствующим молодчикам лишение свободы условно (9). В другом случае суд Центрального района г. Воронежа прекратил уголовное дело в отношении двух участников нападения на китайских студентов и полностью оправдал еще одного участника нападения, который обвинялся за вовлечение в преступление несовершеннолетних лиц (10). В том же Воронеже суд условное лишение свободы применил к виновному в причинении вреда здоровью студента из Албании. В Саратове за убийство уроженца Дагестана, отца троих детей, областной суд лишил свободы двух скинхедов сроком всего на 13 лет. В Санкт-Петербурге городской суд по ст. 282 УК пятерых членов “Mad Crowd”, виновных в многочисленных нападениях на уроженцев Китая и Кавказа (в том числе в попытке сбросить гражданина Армении под подходивший к платформе электропоезд), приговорил к 2–3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении. Еще один подсудимый получил условное лишение свободы, поскольку в момент совершения преступления не достиг совершеннолетия (11).

Обобщая сказанное, нельзя не согласиться с мнением о том, что “и подобные приговоры, и распространение амнистии на сеятелей зла и ненависти свидетельствуют о том, что либо такого рода идеи находят отклик в сердцах представителей государственной власти, либо не осознаются ими как реально опасные для государства” (12). Показательным можно считать отношение органов МВД к деятельности вышеупомянутых скинхедов. Столичная милиция, например, по выработанной годами привычке-установке отказывается признавать наличие в Москве нацистов, считая их московскими учащимися, “модно подстриженными” (13). Нельзя считать случайным и следующее высказывание руководителя московской милиции В. Пронина: “У нас нет скинхедов. У нас есть шпана подмосковная и московская, которая выбирает цветнокожих” (14). Вряд ли можно усомниться и в искренности заявлений представителей Центра по связям с общественностью ФСБ и пресс-службы МВД, сделанных корреспонденту газеты “The Moscow Times” о том, что их службы не рассматривают “скинов” как что-то опасное (15). Со слов президента Московской ассоциации иностранных студентов, сотни раз московская милиция отказывала иностранным студентом – жертвам “скинов” – в возбуждении уголовных дел. Причины всего этого, возможно, следует искать в заявлении руководителя Центра по изучению ксенофобии и экстремизма ИС РАН Э. Паина о том, что “в правоохранительных органах уровень ксенофобии подчас выше, чем в среднем по стране” (16).

Тем временем СМИ пестрят сообщениями о преступлениях московских скинхедов: погромы у платформы “Царицыно”, на Царицынском рынке и возле метро “Коломенское”; нападение на кавказцев в вагоне на станции метро “Аэропорт”; поджог дома с двумя жителями Узбекистана; убийство гражданина России армянского происхождения; избиение на станции метро “Воробьевы горы” двух алжирцев-слушателей Академии Генштаба РФ; ранение сотрудника посольства Японии и т.д.

Ситуация ни чуть не лучше в других регионах России. В некоторых из них органы МВД наотрез отказываются признавать причиной совершенных преступлений вражду на национальной почве (17). Так, 7 апреля 2005 г. в Волгограде один человек погиб, и еще двенадцать получили ранения в результате погрома на Тракторозаводском вещевом рынке. Массовую драку устроили около 50 молодых людей в возрасте до 18 лет, вооруженные стальными прутами. Местный ГУВД в случившемся националистический мотив не усмотрел, хотя жертвами налетчиков оказались выходцы с Кавказа и Средней Азии.

Сообщения о нападениях русских нацистов поступают практически еженедельно: в уже упомянутом Волгограде банда скинхедов до смерти избила одного таджика и двух узбеков; в Астрахани скинхеды вырезали семью дагестанцев; в Свердловской области скинхеды с особой жесткостью убили трех армян; в Сургуте пятеро скинхедов убили двух выходцев из Средней Азии; в Саратове скинхедами избит до смерти преподаватель университета – уроженец Дагестана; в Кстове (Нижегородская область) группой скинхедов убито несколько выходцев из Кавказа; в Санкт-Петербурге скинхеды зарезали азербайджанца, они же толкнули под поезд сирийца, убили студентов из Конго и Камеруна; в Екатеринбурге убит гражданин КНР; в Нижнем Новгороде убиты двое граждан КНДР…

И все же из всех российских регионов в настоящее время наиболее тревожной можно считать ситуацию в Воронеже. Здесь орудуют, по разным оценкам, более 1000 скинхедов. В этом городе только с января по сентябрь 2005 г. на иностранцев совершено 45 нападений (18). Очередные убийства в феврале и октябре 2005 г. студентов из Гвинеи-Биссау и Перу подтверждают, что власти Воронежа и не помышляют серьезно бороться против нацизма (19). Более того, после данного события министр образования и науки РФ А. Фурсенко в эфире “Эха Москвы” фактически пообещал больше не направлять студентов из зарубежных государств на учебу в воронежские вузы. Выходит, вместо того, чтобы очистить Воронеж от нацистов, государство, со слов его высокопоставленного чиновника, намерено очистить этот город от самих иностранцев (20).

Очевидно, беспомощность государственных органов в борьбе против нацизма чревато катастрофическими последствиями, прежде всего, для государства. История подтверждает, что популярность и влияние нацисты вначале приобретают на актах насилия против “чужих”, а затем наводят “порядок” среди своих (21). Таков классический путь фашизма. Для современной России, главной жертвы фашизма в годы Второй мировой войны, это особенно важно. “Если мы не перекроем кислород экстремистам от шовинизма и ксенофобии, – отметил в Заявлении по поводу убийства иностранцев в Воронеже Уполномоченный по правам человека в РФ, – мы не решим великой исторической задачи возрождения сильной России в качестве сильного и здорового, открытого и уважаемого в мире государства” (22).

Но, к сожалению, опасения вызывают не только действия (точнее бездействие) правоохранительных и судебных органов (23). Еще более опасно то, что значительная часть населения (40%, по данным Фонда “Экспертиза”, и более 60%, по данным Российской секции Международного общества прав человека) заражена вирусом ксенофобии (24). Каждый пятый из опрошенных Фондом “Общественное мнение” (март 2004 г.) не выражает отрицательного отношения к русским фашистам и винит их жертв – приезжих; 9% респондентов оправдывают скинхедов за то, что “выполняют работу за милицию, наводят порядок, разбираются с мразью понаехавшей”. “В России должны жить все нации”, – полагают всего лишь 2% граждан многонационального, федеративного государства. После таких результатов опроса кажется бесспорным утверждение одного из его участников: “Скинхеды – наши дети, их у нас просто не может не быть” (25).

Ситуацию в стране могла бы разрядить, в частности, выработка норм толерантного поведения и навыков межкультурного взаимодействия в соответствии с Декларацией принципов толерантности (ЮНЕСКО, 1995 г.), формирование в российском обществе установок толерантного сознания и поведения, веротерпимости и миролюбия. Однако реализация принятого 25 августа 2001 г. Правительством РФ постановления № 629 “О Федеральной целевой программе “Формирование установок толерантного сознания и профилактика экстремизма в российском обществе (2001–2005 годы)”, по- сути, провалилась (среди основных направлений реализации Программы была выделена “разработка законодательства, обеспечивающего условия для формирования толерантного поведения, борьба с проявлениями экстремизма, национальной и религиозной нетерпимости”). Никаких конкретных ощутимых результатов, по моему мнению, Программа не дала. Например, в российских образовательных учреждениях до сих пор отсутствует какая-либо серьезная работа по воспитанию толерантности. Зато в мобилизации учащейся молодежи явно преуспевают расисты. Не случайно, среди скинхедов так много учащихся школ, училищ и вузов (и, кстати, детей сотрудников правоохранительных органов). По данным Центра социологии РАО, каждый четвертый московский подросток поддерживает проявления экстремизма, 21% из них не хочет в столице видеть иностранцев из ближнего зарубежья.

Почву для роста экстремистских настроений создает также политика властей ряда регионов России, в частности, на Кубани. Там травля при участии радикальных казачьих формирований бывших советских граждан из числа турок-месхетинцев и курдов (мусульман и езидов) привела к редкому в мировой практике случаю: США уже вывезли на свою территорию тысячи турок и рассматривают вопрос об эвакуации еще нескольких тысяч курдов. Дискриминационная практика краснодарских властей, наносящая ущерб престижу России, осуждена в том числе Верховным комиссаром Совета Европы по правам человека (26).

Беспрецедентное решение Московского городского суда от 26 ноября 2005 г. (поддержанное Верховным Судом РФ) о снятии с выборов в столичную Думу партии “Родина” за разжигание межнациональной розни подтверждает наличие прямой связи также между деятельностью представленных в законодательных органах организаций и ростом ксенофобии (в первую очередь “кавказофобии”). Но парадокс (или комичность?) российской действительности в том и заключается, что иск в Мосгорсуд на “Родину” подала… ЛДПР, которой, в свою очередь, на тех же выборах Мосизбирком запретил распространение пропагандистских материалов националистического характера. С другой стороны, в контролируемых московскими властями СМИ фашистским было названо “Яблоко”, в предвыборной программе которого было и такое “необычное” в политической жизни современной России требование: “Искоренить в столице печатные издания – рассадники фашисткой идеологии, разогнать банды скинхедов и других экстремистов” (27).

Складывается порой впечатление, что государство само оказалось в плену идей, не способствующих национальному объединению россиян. Так, в ходе реформ федеральных органов исполнительной власти исчезло Министерство по делам национальностей, очевидно, не лишнее в управлении одним из самых пестрых в этническом отношении государств мира. На разных уровнях были провалены законопроекты о запрещении пропаганды фашизма, о противодействии политическому экстремизму. В 2002 г. из Кодекса РФ об административных правонарушениях (ст. 20.3) исключено упоминание о фашизме, а в 2003 г. в УК РФ (ст. 282) внесено положение, приравнявшее криминальную ксенофобию – возбуждение ненависти по признакам расы, языка, отношения к религии – к возбуждению ненависти по признаку… пола.

Публикации российских СМИ, данные социологических исследований, материалы судебно-следственной практики, публичные выступления российских политиков являются серьезным основанием для утверждения о том, что соответствующие нормы УК, призванные наказать виновных в экстремизме, не работают. И дело тут не только в отсутствии на то желания правоприменителя. Дело еще в том, что сами эти нормы, включая их санкции, нуждаются в существенной корректировке (28). Так, если в России за пропаганду и публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики предусмотрены либеральные административные меры (ст. 20.3. Кодекса РФ об административных правонарушениях), то в Германии за распространение пропагандистских средств, “которые по своему содержанию направлены на то, чтобы продолжить стремления бывших национал-социалистских организаций”, может быть назначено лишение свободы на срок до 3 лет (§86а УК ФРГ). В Германии же лишением свободы до 3 лет может быть наказано лицо, которое “предлагает, передает или делает доступным для лица, не достигшего восемнадцати лет” (курсив мой. – С.К.), материалы, разжигающие ненависть против национальной, расовой или религиозной группы (ч. 2 § 130 УК ФРГ), а во Франции к категории нарушений перечислены даже непубличные диффамация и оскорбление, направленные против определенной этнической группы, нации, расы или религии (ст. R. 624–3 и ст. R. 624–4 УК Франции).

Далее. Если в России возбуждение ксенофобии для отдельных политиков является обычной нормой поведения, то в Китае возбуждение национальной вражды может повлечь за собой лишение политических прав, включая лишение права быть избранным, свободы слова и права занимать должности в государственных органах (ст. 249 УК КНР). Если по УК РФ мотив национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды имеет значение квалифицирующего признака при совершении только ряда преступлений против жизни или здоровья, то в УК Армении (ч. 2 ст. 185) указанный мотив повышает ответственность также за умышленное уничтожении или повреждении чужого имущества. Наконец, если в России умышленное фактическое причинение тяжкого вреда здоровью по мотиву расовой ненависти наказывается лишением свободы на срок от 3 до 10 лет (п. “е” ч. 2 ст. 111 УК РФ), то в Англии одно лишь нападение (понимаемое как причинение страха) на расовой почве может быть наказано лишением свободы на срок до 7 лет (Закон о преступлениях и беспорядках 1998 г.).

Продолжая анализ соответствующего зарубежного законодательства, нельзя не отметить ряд положений УК Республики Болгария. В нем, в частности, предусмотрена ответственность за участие в толпе, организованной для нападения на группы населения, отдельных граждан или их имущество в связи с их национальной или расовой принадлежностью (ч. 1 ст. 163). Наказание усиливается, если “толпа или кто-то из ее участников вооружены” (ч. 2 ст. 163).

УК Австрии предусматривает параграф (§ 283) под названием “Стравливание групп населения”. В нем установлена ответственность того, кто публично призывает или подстрекает к совершению действий, “способныхо возбудить вражду” по отношению к определенным группам населения в связи с их принадлежностью “к расе, народу, народности или государству”. Уголовно наказуемы также оскорбление или дискредитация указанных групп населения.

Статья 261bis УК Швейцарии называется “Расовая дискриминация”. По ней наказывается тот, кто, в частности, публично призывает “к ненависти или дискриминации” в отношении лица или группы лиц из-за их расы, этнической принадлежности или религии, а также с этой целью организует, содействует или принимает участие в пропагандистских акциях. Ограничений способов совершения преступления, предусмотренного ст. 263bis, УК не знает. Ими могут быть использование слова, надписи, изображения, жестикуляции, действия и т. д.

Имеет смысл обратиться и к законодательному опыту государств Северной Европы. Так, § 266b УК Дании предусматривает тюремное заключение для того, кто публично или “с намерением широкого распространения” делает заявление или сообщает иную информацию, в результате которой “запугивается группа людей, оскорбляется или унижается” на основании расы, цвета кожи, национального или этнического происхождения. Под уголовно наказуемой агитацией против национальной или этнической группой УК Швеции (гл. 16, ст. 8) понимает содержащиеся в заявлении или сообщении угрозу или неуважение к национальной, этнической или другой подобной группе людей “со ссылкой на расу, цвет кожи, национальное или этническое происхождение или религиозные убеждения”. Самостоятельная ответственность установлена за незаконную дискриминацию, субъектом которой является предприниматель, который при осуществлении предпринимательской деятельности “отказывается вести дело” с лицом по причине его расы, цвета кожи, национального или этнического происхождения или религиозных убеждений (ст. 9 главы 16 УК Швеции).

Вопросам борьбы против нарушения равноправия граждан посвящен ряд статей УК Голландии. Ст. 137с устанавливает наказания для лица, которое публично, устно либо письменно, либо используя изображение, умышленно делает “дискредитирующее заявление о лицах в связи с их расовой принадлежностью”. Наказуемы также: “возбуждение” ненависти или дискриминации или насилия против указанных выше лиц и их собственности (ст. 137d); умышленная “дискредитация” лиц на основании их расовой принадлежности с использованием официальной должности, профессии или рода занятий (ст. 137g); финансовая или “другая материальная поддержка” деятельности, направленной на дискриминацию лиц на основании их расовой принадлежности (ст. 137f). Важно подчеркнуть, что публичное оскорбительное заявление или распространение предмета, содержащее дискриминационное заявление, совершенные “в ходе занятия свой профессиональной деятельностью”, может повлечь для виновного лишение права заниматься данной профессиональной деятельностью (ст. 137е). В России, как известно, большинство дел, например, по ст. 282 УК прекращается из-за отсутствия якобы доказательств вины их совершения. В этом смысле УК Голландии может служить примером, поскольку почти не оставляет лазеек для виновного. Например, по ст. 137е отвечает лицо, которое не только знало, но и “должно обоснованно предполагать”, что его публичное заявление является оскорбительным для группы лиц на основании их расовой принадлежности.

Как показывает правоприменительная практика в России, достаточно часто виновные в преступлениях, предусмотренных ст. 280, 282, 2821 и 2822 УК уходят от ответственности по двум основаниям: недостижения возраста уголовной ответственности и истечения срока давности уголовного преследования. Так произошло, например, при рассмотрении в 2005 г. в городском суде Санкт-Петербурга уголовного дела в отношении членов возникшей еще в 2001 г. неонацистской организации “Шульц–88”. Дело по ч. 2 ст. 2821 УК было возбуждено еще в 2003 г. и благополучно прекращено в 2005 г. (в связи с истечением сроков давности). Кроме того, в отношении одного из членов сообщества было прекращено дело по ст. 282 УК, поскольку на момент совершения противоправного деяния ему не было 16 лет (29). Полагаем, что законодатель, учитывая серьезный международный резонанс совершаемых преступлений, должен незамедлительно отреагировать на указанные обстоятельства. Во-первых, необходимо снизить возраст уголовной ответственности за участие (членство) в экстремистском сообществе (в деятельности экстремистской организации) с 16 до 14 лет. Во-вторых, крайне желателен в создавшейся ситуации перенос преступлений, предусмотренных ст. 282, 2821 и 2822 УК РФ, в главу 34 “Преступления против мира и безопасности человечества”. Именно таким образом поступил, например, белорусский законодатель, включив, в частности, ст. 130 “Разжигание расовой, национальной или религиозной вражды или розни” в главу УК РБ с тем же названием, что и глава 34 УК РФ (применение насилия или угрозы по отношению к группе лиц или отдельному лицу в связи с его принадлежностью к национальной, этнической, расовой, религиозной группе относит к преступлениям против мира, человечности и военные преступления также УК Республики Польша – ст. 119) (30).

Интересными и в целом справедливыми нам кажутся также санкции ст. 130 УК РБ. Основной состав предусмотренного ею преступления (ст. 130 УК РБ) влечет лишение свободы на срок до 5 лет (по ч. 1 ст. 282 УК РФ – всего до 2 лет). Использование должностным лицом своих служебных полномочий и применение насилия (ч. 2 ст. 130 УК РБ) влекут безальтернативно лишение свободы на срок от 3 до 10 лет (по ч. 2 ст. 282 УК РФ – лишение свободы до 5 лет или альтернативные наказания, не связанные с лишением свободы). Наконец, разжигание расовой, национальной или религиозной вражды или розни, совершенное группой лиц, по УК РБ (ч. 3 ст. 130) влечет только лишение свободы на срок от 5 до 12 лет (по ч. 2 ст. 282 УК РФ – альтернативно лишение свободы до 5 лет).

В России даже по УК РСФСР 1960 г. нарушение национального и расового равноправия (ст. 74) наказывалось строже – лишением свободы до 3 лет. В новом действующем УК РФ санкции первоначальной редакции ст. 282 также были более строгими: за преступление, предусмотренное ч. 1, могло быть назначено лишение свободы на срок от 2 до 4 лет, а за преступление, предусмотренное ч. 2, – на срок от 3 до 5 лет. Тенденцию смягчения наказания за рассматриваемые преступления нельзя понять, и тем более поддержать, поскольку степень опасности расистских и нацистских нападений постоянно растет.

Хочу также обратить внимание на то, что в России из 12 преступлений против основ конституционного строя и безопасности государства (ст. 275–284 УК) расследование дел лишь о 3 преступлениях (ст. 282–2822 УК) исключено из ведения органов ФСБ. Считаю сохранение данного положения в УПК РФ (п. 2 ч. 2 ст. 151) далее неоправданным. Предварительное расследование по делам о наиболее опасных преступлениях против государственной власти должно производится только следователями органов ФСБ.

Одновременно, наряду со сказанным, в серьезных исследованиях нуждается вопрос о связи экстремизма с опаснейшим преступлением современности – терроризмом, являющимся, как известно, одной из форм экстремизма. Противодействие на государственном уровне, в частности, деятельности экстремистских организаций, исповедующих фашизм, расизм и шовинизм, должно быть признано одним из важнейших направлений профилактики терроризма в России. Необходимо понять, что одной из главных целей самих террористов является провоцирование государства на нарушение прав и свобод человека, в частности, на дискриминацию людей по национальному, религиозному или расовому признакам. Государство обязано, “принимая меры по борьбе с терроризмом, ни в коем случае не прибегать к дискриминационным мерам на основе расы, цвета кожи, происхождения или национальной или этнической принадлежности” (31). Об этой обязанности необходимо помнить всегда, поскольку репрессии (со стороны государства или действующих при его попустительстве экстремистских формирований шовинистического, фашистского толка) по отношению к невинным людям в ответ на террористические акты лишь увеличивают людские ресурсы, которые подпитывают терроризм.

Большую роль в противодействии нацизма, в антифашистском воспитании молодежи могли бы сыграть общественные организации32, в частности, ветераны Великой Отечественной войны, которые на деле знают, что такое фашизм. Как ни печально это констатировать, но в России в отличие от стран Западной Европы разгул нацизма не вызывает какого-либо массового общественного протеста (33).

Как заявил на 65-й сессии Комитета ООН по ликвидации всех форм расовой дискриминации (2004 г., август) Верховный комиссар ООН по правам человека, “ни одна страна не может назвать себя свободной от расизма и расовой дискриминации”. Из этого исходят, например, западноевропейские государства. Так, в разгар событий в пригородах Парижа осенью 2005 г., выступая по национальному телевидению, Президент Ж. Ширак признался, что во Франции есть расизм, который и является одной из главных причин волнений среди французов арабского происхождения.

Кстати, упомянутые события во Франции отдельными политиками и журналистами в России комментировались таким образом, что скинхеды и им сочувствующие могли найти в них полную поддержку своей деятельности. Некоторые видные политики пугали население возможностью повторения парижских событий в России, а социологи приводили данные о том, что якобы абсолютное большинство россиян согласны с таким мнением (34); с советами и предложениями о “помощи”, в том числе собственными дружинами, “бедствующим” французам наперебой друг другу выступали Жириновский и подобные ему деятели. Свою лепту в нагнетании ситуации вносили и писатели: один (что характерно, тоже иммигрант) опубликовал в “Российской газете” откровенно антиарабское интервью из “горящего Парижа” (35), а другой издал в России антиисламскую книгу с провокационным названием – “Мечеть Парижской Богоматери”. И только сами французы, сохраняя огульно критикуемую русскими журналистами и политиками французскую “политкорректность”, убеждали русских читателей в том, что в парижских событиях виновата дискриминация, а не религия или национальность (36).

…27 сентября 2005 г. Президент России В.В. Путин, отвечая на вопросы россиян в прямом теле и радиоэфире, извинился перед теми, кто пострадал от действий скинхедов и других националистов. “Надо сделать все, чтобы скинхеды и фашистские элементы исчезли с политической карты страны”, – сказал Президент (37). Указанную задачу, на мой взгляд, можно решить, но лишь тогда, когда действительно будет признана опасность расизма в России, а государство будет реально бороться против его проявлений


Источник: http://totalmob.ru/ehkstremizm-v-rossii-kriminologicheskaya-i-ugolovno-pravovaya-kharakteristika/